Новые ожидания узбекского народа

4 декабря 2016 года, через три месяца после смерти первого президента Узбекистана Ислама Каримова, в стране прошли президентские выборы. Премьер-министр и временно исполняющий обязанности президента  Шавкат Мирзиёев был избран президентом, одержав победу над тремя конкурентами в ходе весьма асимметричной кампании, характеризовавшейся использованием административных ресурсов. Тем не менее кампания Мирзиёева стала явной демонстраций новых внутренних и внешнеполитических тенденций в посткаримовском Узбекистане в сторону более либеральных реформ. Кампания также продемонстрировала рост новых ожиданий со стороны узбекского народа после четверти века правления одного человека.

Предпосылки. У режима Ислама Каримова в Узбекистане были две основные черты - он был самодержавным и оказался продолжением советской политической системы. Хотя Каримов постоянно говорил о необратимости независимости, изображая советское прошлое мутным тоталитарным периодом и утверждая, что не должно быть никакой ностальгии по СССР, он мало что сделал, чтобы искоренить привычный советский стиль и традиции управления страной. Народ, которым Каримов управлял в течение четверти века, остался в основном советским, с  глубоко укоренившейся патерналистской ментальностью в отсутствие другой идеологии. Культ личности главы нации, поддерживавшийся всемогущей государственной машиной, воспитал лояльных граждан.

Это фон, на котором в настоящее время трансформируется политическая система Узбекистана. Приход Мирзиёева к власти происходит в контексте завершения переходного периода, который длился в течение четверти века, сформировав суть и динамику правления Каримова. Отсылка к переходному периоду больше не будет служить оправданием медленного темпа реформ и самоизоляции страны в региональных вопросах. В то же время, последние три месяца национальные средства массовой информации изображают Мирзиёева как самого надежного соратника первого президента и его лучшего преемника, способного обеспечить продолжение предыдущего политического курса. Поэтому многие задаются вопросом, действительно ли произойдут изменения этого курса при Мирзиёеве.

В Узбекистане, как и в любом другом государстве, внутренняя и особенно внешняя политика не строятся исключительно на воле одного человека, хотя бы и лидера государства. Положение и решения Каримова доминировали, но работа по разработке и реализации политики является результатом сложного процесса с участием ключевых министерств, ведомств и людей. С этой точки зрения, понятие «непрерывности» может быть неоднозначным и не иметь особого значения, если оно будет упоминаться без уточнения, где предыдущий курс может и должен быть продолжен, а где изменения неизбежны и необходимы. В Узбекистане состоялся «нормальный» мирный переход власти. У государства есть новый президент, но народ остался прежним. 

Последствия. Курс, установленный президентом Каримовым, был производной от многих объективных и субъективных факторов, в том числе деятельности различных ведомств, в том числе правоохранительных органов; стечения международных обстоятельств, ситуации в регионе, связанной с давлением или влиянием великих держав; возможности ресурсов; особенности национальной элиты и групп интересов, и т.д. С этой точки зрения, можно говорить о командной работе по разработке и реализации государственной политики, о сложном характере и качестве управления. Таким образом, любые возможные существенные изменения во внутренней и внешней политике не будут связанны только с заменой одного главы государства другим.

Перед Мирзиёевым теперь стоит глубокая и сложная задача найти диалектически правильный путь между непрерывностью курса своего предшественника и разрывом этого курса. Наблюдатели и эксперты в Узбекистане и странах Центральной Азии в настоящее время обсуждают потенциальные изменения в политике Ташкента подобно тому, как весь мир пытается предугадать курс Вашингтона после избрания Дональда Трампа. Действительно, с самого начала прихода к власти в сентябре 2016 года в качестве временно исполняющего президента Мирзиёев подчеркнул, что активизация отношений с соседними странами в Центральной Азии будет одним из главных приоритетов внешней политики. На практическом уровне первые признаки такого прорыва в региональной позиции Узбекистана уже проявляются в некоторых действиях в направлении сближения с Таджикистаном и Киргизией. Это может в какой-то степени считаться отходом от линии Каримова. В то же время подтверждение новым лидером доктринальных позиций внешней политики Узбекистана в вопросе отношений с великими державами и движение неприсоединения говорят в пользу непрерывности этой линии.

Во внутренней политике можно также наблюдать эти тенденции. На церемонии празднования Дня Конституции 7 декабря избранный президент в соответствии с традицией предложил новое название для следующего года, объявив 2017-й «Годом диалога с народами и интересов человека». Один из главных лозунгов, которые провозглашает Мирзиёев: «Люди не должны служить государственным органам, государственные органы должны служить людям». Он призвал государственных чиновников не сидеть в своих кабинетах в отрыве от граждан, а общаться с людьми и выслушивать их требования. В торжественной речи президент пообещал, что люди очень скоро увидят большие положительные изменения с точки зрения формирования государственной политики, реформирования системы управления, в том числе и местные выборы провинциальных хокимов (губернаторов) вместо президентского назначения, а также защиты прав человека. В случае реализации, такие меры действительно будут иметь далеко идущие последствия для реального демократического прорыва в стране.

Между тем, во внутренней политике и общественной жизни преемственность предыдущего курса может оказаться еще более устойчивой, чем во внешней политике, по крайней мере, по одной простой, и, скорее, психологической причине - традиционной архаичной патерналистской ментальности населения, получившего в наследство советское идеологизированное мировоззрение. Другими словами, в Узбекистане новый президент, но народ остался прежним. 

Эта ситуация напоминает в какой-то степени тот момент, когда Михаил Горбачев пришел к власти в бывшем Советском Союзе. Проблема преемственности и непреемственности для Горбачева была такой же реальной и сложной. Он инициировал и реализовал масштабные и кардинальные реформы, известные как «перестройка» и «новое мышление».  Мирзиёев, как и Горбачев, сталкивается с проблемой реформирования государственной системы с относительно консервативными людьми, которые только что проснулись от долгой политической спячки. Осмелится ли он провести «перестройку» в Узбекистане или ограничится только косметическим ремонтом существующей системы, будет зависеть от внутренних и международных факторов, включая с одной стороны геополитику, а с другой стороны - политическое пробуждение нации. 

Выводы. Очевидно, что система Мирзиёева не может быть просто продолжением режима Каримова. Она должна быть другой. Именно поэтому «непрерывность», являясь сложным, хотя и привлекательным и популярным термином, не самый лучший способ понять новые потребности и задачи, с которыми сталкивается нация в вопросе формирования политики после Каримова. С этой точки зрения, два наследия - советское и Каримова - должны быть адекватно оценены и рассмотрены в Узбекистане как народом, так и ее новым руководством.

Каким бы ни был реальный характер и динамика нового курса Ташкента, он, несомненно, будет иметь явное и неявное региональное измерение. В то время как на заре независимости президент Каримов заявил, «Туркестан - наш общий дом», по разным причинам он не смог воплотить эту концепцию в региональной политике Узбекистана. Новый приоритет во внешней политике отдается Центральноазиатскому региону. Избранный президент требует видения ценности региона и такой же стратегии в отношении региональной интеграции.

Геополитика является важным фактором, определяющим внутреннюю и внешнюю политику Ташкента. Каримову удалось балансировать между великими державами, частично изолировав страну от региональных и международных дел. Новое руководство будет иметь дело с геополитическими вызовами путем взаимодействия и проведения активной политики. В конечном счете, самый большой успех нового руководства Узбекистана будет лежать на пути либерализации политической системы, а также национального самосознания.