Елена Дунаева: "Иран ждут три недели жесточайшей политической борьбы"

Совет стражей Конституции Ирана утвердил окончательный список кандидатов на президентские выборы в Иране, которые пройдут 19 мая. О том, какие силы представляют кандидаты и насколько напряженной будет предвыборная гонка, "Вестник Кавказа" побеседовал со старшим научным сотрудником Института востоковедения РАН, кандидатом исторических наук Еленой Дунаевой.

- Каков расклад сил на данном этапе предвыборной президентской кампании?

- Сейчас определились фигуры, которые реально могут принять участие в политической борьбе и дойти до дня голосования. Важно и то, что явно определилось два лагеря. Если бы к участию в предвыборной гонке допустили Махмуда Ахмадинеджада и его сторонников, а именно его непосредственного заместителя и пять его министров, то была бы уже третья сила, консервативно-авантюристическая, но этого не произошло. Сейчас есть умеренно-либеральные силы, которые представляют Хасан Рухани, Эсхак Джахангири и Мостафа Хашеми Таба, и консервативные силы, оппозиционные Рухани, - это Мохаммад Бакер Калибаф, Эбрахим Раиси и Мостафа Мирсалим.

- Какие кандидаты пользуются наибольшей поддержкой у населения?

- Основные кандидатуры – это Рухани, Калибаф и Раиси. Хашеми Таба, представитель прореформаторских кругов, не фигура первой величины. Мирсалим, принадлежащий к консерваторам-традиционалистам, также не пользуется широкой известностью в обществе. Джахангири едва ли дойдет до дня выборов, так как он изначально вышел как кандидат-прикрытие Рухани: были опасения, что Наблюдательный совет может дисквалифицировать действующего президента за его достижение СВПД, ведь многие в Иране считают, что это не отвечает национальным интересам.
Джахангири сам говорил, что идет на выборы, чтобы поддержать Рухани. Сейчас Иран ждут три недели жесточайшей политической борьбы, когда из всех СМИ будет нестись и критика позиций друг друга, и дезинформация. За неделю до выборов будут политические дебаты по телевидению, по итогам которых колеблющаяся часть населения принимает окончательное решение. Поскольку кандидатов от лагеря, оппозиционного Рухани, было очень много, лагерь либеральных прореформаторских сил принял решение выдвинуть еще несколько кандидатур от своего лагеря, чтобы достойно поддержать позицию правительства и нынешнего президента. Поэтому буквально по завершении дебатов Джахангири может снять свою кандидатуру. 
Тот же вариант был разыгран на выборах 2013 года, когда вторым кандидатом от реформаторов был Реза Ареф, который за пять дней до выборов снял свою кандидатуру в пользу Рухани. Это делается официально. Такой кандидат призывает тех, кто поддерживает его, проголосовать за основного кандидата, а основным кандидатом от реформаторов сейчас считается Рухани.

- Кто станет основным кандидатом от консерваторов?

- Основными оппонентами Рухани выступают Калибаф и Раиси. Маловероятно, что они оба пойдут на выборы, хотя в целом это вполне возможно, так как даст им возможность оттянуть от Рухани побольше голосов и вывести выборы на второй тур, что, кстати, более вероятно, чем в 2013 году. За Раиси стоят радикальные консервативные силы. Он не имеет опыта политической карьеры и управления с точки зрения работы в органах исполнительной власти, он трудился только в органах судебной власти. Широким народным массам он был неизвестен. По последним опросам, почти 60% населения его не знает, особенно молодые поколения. Поколения первого и второго десятилетия исламской революции, напротив, хорошо помнят его и даже называют "кровавый аятолла": он возглавлял судебные комиссии, которые в 1987-1988 годах приговаривали к казни огромное количество политических заключенных, содержащихся в тюрьмах уже Исламской Республики Иран, представителей лагеря левых и национальной буржуазии. После этого он работал в судебных инстанциях и только год назад был назначен руководителем Мавзолея имама Резы.
Тем не менее, Раиси имеет поддержку в определенных слоях духовенства, которое раскручивает его по религиозным каналам. Через мечети насаждается образ Раиси как человека, который нужен Ирану в сложный для него момент усиления давления со стороны Трампа. Они говорят, что после смены президента США в Иране президент тоже должен поменяться. Рухани олицетворяет мягкую, умеренную линию, направленную на поиски каналов для взаимодействия со всеми государствами, в том числе и Западом, и частично ему удалось этого добиться. Но теперь, по их словам, Рухани не годится в президенты, так как изменились политические условия, Америка грозит выйти из СВПД, пытается через Израиль, через государства Персидского залива заставить Иран отказаться от своего внешнеполитического курса на Ближнем Востоке, от внутренних программ по развитию баллистических ракет, от проходящих под контролем МАГАТЭ исследований в области мирного атома.
Калибаф тоже представляет консервативный лагерь. За ним стоят определенные группы населения – как в молодежи, так и в кругах Корпуса стражей Исламской революции: он служил в воздушных силах КСИР. Хотя часть КСИР, которая также недовольна политикой Хасана Рухани в международном плане, поддерживает Раиси. Вообще иранская политическая элита разделена на многочисленные группировки. И в Корпусе есть пролиберальные, прореформаторские силы, и в духовенстве. Мы не можем сказать, что все, даже высшее духовенство Ирана консервативно или радикально: во всех этих мелких социальных стратах есть еще внутреннее, по политической ориентации, деление - от левых до крайне правых. Раиси и Калибаф представляют различные консервативные течения. Калибаф – представитель более модернизированного консервативного спектр, который принимает нормы капиталистического уклада в плане экономики, более современные методы управления хозяйством. Раиси более консервативен, более радикален и, в основном, опирается на традиционные общества, условно говоря, отсталые с точки зрения модернизации.
Но у Калибафа было несколько сложных моментов в политической карьере. В 1990-е годы при президенте Хатами он командовал полицией в Тегеране и подавлял волнения студентов, которые боролись за большую либерализацию политической жизни. Кроме того, на него возложили вину за пожар одного из высотных зданий в Тегеране: было признано, что со стороны мэрии не было достаточного контроля за содержанием этих зданий. Было несколько крупных коррупционных скандалов в мэрии Тегерана, связанных с продажей земли, которая должна была остаться в городской собственности, с громадными суммами, потраченным на свадьбы детей Калибафа. На прошлых выборах Калибаф был основным соперником Рухани и набрал 20%, в то время как Рухани - 52%.

- Возможны ли перестановки у консерваторов?

- Я думаю, что Раиси может уйти на последнем этапе выборов. Вопрос с Раиси сложен еще и потому, что его называют фигурой, которая может заменить Духовного лидера, хотя на самом деле в этом списке пять-шесть имен. Если Раиси не получит абсолютного большинства на президентских выборах, то, значит, он не сможет стать верховным лидером. Однако абсолютного большинства он не наберет, если ему не будут оказаны, условно говоря, специальные меры поддержки. Многие политические аналитики в Иране считают, что идет хитрая игра: или Раиси хотят, наоборот, провалить, чтобы исключить из этого списка преемников на пост лидера, или это, наоборот, попытка просто его раскрутить, показать народу, а в последний день он может отказаться в пользу Калибафа.
- То есть, борьба будет серьезной?
- Конечно, и очень непредсказуемой. Даже Таба и Мирсалим – на данный момент это не серьезные кандидаты, но они могут хорошо себя показать на политических дебатах на телевидении, а потом, например, Калибаф и Раиси почему-то откажутся в пользу Мирсалима, и он будет выступать как представитель всего консервативного лагеря. Тогда он может набрать приличное количество голосов. В Иране реальную суть дела можно будет увидеть только за день-два до выборов. Напомню, что за неделю до выборов 2013 года Рухани давали не больше 14%.

- Почему на выборы не пустили Ахмадинеджада?

- Осенью 2016 года Ахмадинеджад написал письмо Духовному лидеру, заверив, что не станет выдвигать свою кандидатуру на президентские выборы, но потом стал ездить по стране, выступать с речами и явно проводить пропагандистскую кампанию. Это насторожило политические круги и верхушку. У аятоллы Али Хаменеи неприятие Ахмадинеджада с 2011 года, когда между ними произошел большой конфликт, несмотря на то, что после этого еще полтора года Ахмадинеджад оставался у власти. И осенью прошлого года Духовный лидер открыто в письме не рекомендовал Ахмадинджеду "выходить на политическую сцену". Это было сделано, чтобы предотвратить еще более сильное дробление общества. Ведь Ахмадинеджада не приемлет ни лагерь реформаторов, ни лагерь консерваторов. Они считают его уклонистом, обвиняют его движение в том, что они отошли от почитания Духовного лидера, а Духовный лидер в Иране представляет вилаят аль-факих право на осуществление управления обществом высшего духовного лица.
Но Ахмадинеджада поддерживают низшие слои, а их до 30-35%. Совсем игнорировать его поэтому нельзя. И вполне возможно, что при новом лидере и на следующий срок он все же будет участвовать в выборной кампании.